Национализм и с чем его едят

НАЦИОНАЛИЗМ

14 апреля состоялась долгожданая презентация первого номера . Мероприятие прошло в стенах Государственной Думы. Приютил националистов держащий нос по ветру Владимир Фольфович. «Фракция ЛДПР и лично Жириновский предоставили нам помещение для круглого стола на тему «Русская национальная мысль: теория и практика». Круглый стол – организованный экспертным клубом «Русский интерес» – стал поводом для презентации. Был, кстати, и сам Жирик. Говорил приятные вещи: «чего вы сидите по подвалам, приходите к нам и располагайтесь, вам и чаю нальют, и Кремль отсюда видно»», – в своем блоге Константин Крылов, который является главным редактором «Вопросов национализма».

О запуске нового проекта группа националистов, объединившаяся вокруг Фонда развития и поддержки гражданского общества «РОД» (Русское общественное движение), объявила еще в сентябре прошлого года, пишет «Русский обозреватель». Однако издание «бумажного» журнала, посвященного научно-теоретической разработке проблем национализма – дело новое не только для Константина Крылова и его товарищей; в сущности, это первый подобный проект в России. Неудивительно, что новое дело потребовало тщательной подготовки и заняло больше времени, чем предполагалось изначально.

Однако теперь первый номер «Вопросов национализма» вышел в свет и уже доступен в нескольких московских магазинах. Издатели журнала обещают наладить распространение в других городах России, а также создать электронную версию журнала. Правда, последнее не является первостепенной для редколлегии, как это не покажется на первый взгляд странным. Несмотря на огромную важность наличия электронных ресурсов как одного из ключевых элементов информационной политики русского национального движения, здесь присутствует опасность перевеса «виртуальной» деятельности националистов над деятельностью реальной. «Сайт журнала пока в процессе строительства. К сожалению, у меня имеется очень большой и довольно грустный опыт того, чем обычно заканчивают проекты, начинающиеся с интернет-версии – они обычно ею и заканчиваются», – резонно «Русскому обозревателю» К.Крылов.

Что представляют собой «Вопросы национализма»? «Умный русский национальный журнал, без шизы, бороды и валенок, где о нации разговаривают, а не визжат», – так охарактеризовал новое издание член редсовета и один из авторов первого номера Павел Святенков. Константин Крылов подчеркивает, что журнал предназначен для теоретической работы: его задача – сформировать «высокий» дискурс русского национализма, ввести национализм, ныне табуированный и дискредитированный, на равных в круг других политических идеологий.

Журнал будет выходить один раз в квартал; со следующего года, возможно, станет ежемесячным. Его главный редактор, как уже было сказано, – Константин Крылов; научный редактор – Сергей Сергеев, бывший редактором журнала «Москва». Среди членов редакционного совета – Андрей Ашкеров, Кирилл Бенедиктов, Михаил Ремизов, Валерий Соловей, Игорь Шафаревич, другие видные национально-ориентированные политологи, историки, публицисты, общественные деятели.

На перечислении авторов журнала я, пожалуй, и закончу повествование о мероприятии 14 апреля и национализме, и поведу пространную речь о том, с чем его, собственно, едят. Как выяснилось, едят его с Рыбной Нарезкой (и не только). Впрочем, обо всем по порядку.

С ЧЕМ ЕГО ЕДЯТ

Как это не покажется кому-то странным и даже недопустимым, но после вдохновенного репортажа о столь серьезном, я бы даже сказал «духовном» мероприятии, как выпуск и презентация журнала «Вопросы национализма», во второй части этой статьи я буду говорить именно и почти только о еде. Нет, не о «духовной пище», а о самой настоящей еде. Причем, на самом деле я не ухожу от темы (описанного выше мероприятия), а даже ее развиваю.

Дело в том, что после торжественного заседания в Государственной Думе русские националисты не разошлись по домам, а пошли заниматься самым что ни на есть естественным и даже необходимым делом, а именно пошли пить и есть. Отметить знаменательное событие националисты отправились в заведение «Лекторий на Садовнической», и, как Константин Крылов, отметили «по полной программе, за исключением мордобоя». Как же отметили? «А так – сначала дружно пили шампанское, потом перешли на крепкое, – свидетельствует далее Крылов. – Егор Холмогоров принёс удивительной красоты коньяк, вот именно что красоты, к коньяку это слово применимо. Для кушающих водку выставили на выбор «Русский стандарт платинум» и «Еврейский стандарт» на настоях мацы: я не решился испробовать сие. Ну и всё такое прочее, включая, разумеется, Рыбную Нарезку. До стриптиза, зигхайлей и столоверчения дело, правда, не дошло. «Ну извините»».

Я так подозреваю, что читатель сейчас ожидал какого-то интересного разоблачения «совета нечестивых», хотя бы того же самого «стриптиза, зигхайлей и столоверчения», а то и …распития Константином Крыловым «Еврейского стандарта» на настоях мацы. Но чего не было, того не было, – трапеза прошла, судя по всему, вполне благопристойно, и даже ни разу за столом не впоминали руководителей Германии 1933-1945 годов.

И все-таки, данное застолье, которое, как я уже сказал, явилось делом совершенно естественным, а потому ничем на первый взгляд не примечательным (потому что было «неофициальным, а пожалуй что и праздным»), представилось мне вдруг весьма примечательным и интересным. И спровоцировала мой интерес как раз краткая запись в блоге Крылова, повествующая о трапезе с Рыбной Нарезкой. Сия Нарезка и пробудила во мне, помимо естественных (не греховных – это заранее подчеркиваю!) пищевых нужд организма, – нужду поговорить о еде – именно как о важном элементе практического русского национализма (Вольфович, все-таки, неспроста про чай ляпнул). Говорить я буду больше цитатами (что делать – умные люди уже все сказали, но «хорошее повтори и еще раз повтори» (с)Крылов).

Для «прояснения вопроса» начну я, как водится, с примера. С далекого 24 августа 2008 года. В этот ничем не примечательный день (если не считать примечательности самого повода) в московском ресторане «Белая Гвардия» в кинотеатре «Нева» при участии ДПНИ, РОДа и др. национальных организаций состоялся благотворительный поэтический вечер, организуемый с целью сбора пожертвований для помощи русским политзаключенным. Но не о вечере я хочу сказать, а о том, чем он больше всего запомнился. Дело в том, что на этом вечере русские националисты ели некое блюдо Фуагра и также, разумеется, Рубную Нарезку. Все бы ничего, если бы из-за этого события интернет-своды не потрясли раскаты праведного гнева товарищей, не ожидавших такого поворота событий на благотворительном вечере и вероломного поведения русских националистов (я имею в виду поедание Фуагры и Нарезки).

Очень уж интересна эта история, поэтому описывать ее сам не буду, а предоставлю ряд комментариев «из первых уст», то есть со стороны «провинившихся».

В своем блоге Наталья Холмогорова (исполнительный директор РОД): «В ЖЖ поднялся страшный шум и вой… из-за нашего меню. 🙂 «Как они могли? Как посмели есть карпаччо и эту… как ее… фуагру?! Да еще и чилийским вином запивать? Какие же они после этого русские патриоты?» … Ужас, правда? Нет бы, сидя на помойке, жрать шаурму, дрянной водярой запивать и думать: «Зато я духовно богаче»…».

Константин Крылов. Его я процитирую длинно:

«Про благотворительный вечер в «Неве» уже пошли легенды. В частности, народ горячо обсуждает лукулловы пиры, которые закатывали там патриоты.

Ну что ж. Пиры и в самом деле были. Владимир Тор, администратор и шеф-повар ресторана «Белая Гвардия» (что в кинотеатре «Нева»), устроил своим друзьям скромный ужин. С фуа-грой, пармской ветчиной и хорошим вином.

Всякие наши недоброжелатели из разных политических сект почему-то решили, что это нас неким образом дискредитирует.

В зависимости от направленности секты, дискредитацию видят в разном.

Либералы и прочие изряднопорядочные, сами большие любители гусиной печёнки, искренне возмутились тем, что русские посмели есть заповеданную им пищу. Они вспринимают все эти вкусности как нечто идеологически окрашенное. У Священного Запада копирайт на фуагру и вообще «на всякую радость и удовольствие». Даже нет, не копирайт. Это как причастие: его имеют право вкушать только верующие. Как смеет русский человек, хулящий нечистыми устами Саакашвили, Новодворскую, Кондолизу Райс и т.п., в те же уста метать пищу этих богов? «Недопустимо, нечисто».

С другого края подтягиваются патриоты старого обряда, имперцы, антинационалисты, а также просто затюканные и зашуганные люди. Которые уверены, что истинно русский человек должен жрать говно на помойке, заливаясь из горла водярой-матушкой, а если вдруг человек отказывается от такого меню — так, значит, его «прикормили», «купили» и «используют»».

Тут (перехожу к смыслу этого разговора о еде), по словам Крылова, мы имеем дело с невротическим комплексом, идущим из советского прошлого. «Взять ту же тему еды – воистину проклятую, – пишет он далее. – Голода в позднем СССР не было. Но русским нельзя было поесть ВКУСНО. Вся еда была невкусной, убийственно, тяжело невкусной…». По мнению Крылова, тому были причины, – начиная от идеологических («советская идеология «для русских» и вкусная еда были абсолютно несовместимы») и кончая экономическими. Не буду цитировать целиком (рекомендую пройти по указанной выше ссылке на блог Крылова и прочесть текст целиком), приведу отрывками его соображения:

«Так или иначе, «вкусно поесть» – это было почти недостижимым счастьем для советского русского. Неудивительно, что за вкусную еду люди готовы были буквально на всё.

И все это знали. За собой, за ближними. У людей, даже заставших советские времена самым краешком, в подкорке уже намертво прошито: за вкусняшку продают всё. Маму, папу, Родину. Кстати, и продали – «державу» начали сдавать за копеечные канапешечки на посольских фуршетах. «С того и начиналось».

Эта дикая тоска по ВКУСНОМУ, и одновременно дикий страх перед ним, восприятие его как чего-то запретного, порождает в наши дни (когда с «вкусняшками» стало несколько проще) особый вид патриотизма, довольно часто сопрягающегося с имперскостью и фофудьёй (под «фофудьей» автор подразумевает косность в православнохристианской теории и практике – А.Ж.). Связан он с представлением о том, что людишки, возжелав вкуснятинки, тем самым «предали идеалы». Поэтому всё вкусное, красивое, хорошее нужно запретить и истребить. Народ должен жить тяжёлой, навозной жизнью, корячаясь и не разгибаясь, рвя жилушки в каком-нибудь очередном «имперском проекте», варя в котлах мёрзлую брюкву, запивая водкой, и не ведая вовсе никакой этой ихней проклятой фуа-гры, от которой все беды.

В общем, нам предлагается такой выбор. Либо пойти в дорогущий ресторан, заказать там фуа-гру у специального французского повара, оставить там все свои деньги, после чего восполнить нехватку, продав кусочек Родины, «ибо чем же ещё торговать». Либо – мёрзлая картошка, водка «Золотой корень», пьяное рыгание и самобытность».

Полагаю, теперь читателю стало понятно, почему я посвятил теме презентации журнала в Госдуме так мало места, и так много говорю о еде. Таперича «на людях» токмо о еде и надо говорить (про национализм мы так, «промеж себя»).

Нужно еще много говорить и цитировать, но… тема Фуагры еще не исчерпана. После вышеприведенных строк, указывающих на чрезвычайную злободневность «воистину проклятой» темы еды, читатель, думаю, уже не удивится что благотворительный вечер и Фуагра были еще и воспеты в стихах и песнях.

Вот, блоггер marija_mnishek :

Сижу за решеткой в темнице сырой.В лубянских подвалах русский герой.А где то на воле пьёт водку одинМой грустный товарищ, Крылов Константин,

Он вымолвить хочет:»Давай, брат, налей»,Зовет меня взглядом и рифмой своей.Карпаччо из утки и сыр пармезанОтлично рифмуются с словом «казан».

Норвежская сёмга и в яблоках коньНеплохо идут под лихую гармонь.Полдюжины пива. Уф… Надо поссать.Не просто, ребята, Россию спасать.

Под чарку «Немиров» Хорст Вессель споём«Семь-Сорок» станцуем и снова нальём.«Я хату покинул…» Налейте друзья…«Зачем нам поручик чужая земля…»

Мы русские люди; Пора, брат, пора!Цыгане заждались, бля, et ceteraНад спящей Москвою развеется дымИ Слава России! И Сим победим!

В кулинарном поэтическом жанре :

Сезон фуагра. Патриотическая песнь

Стихотворные поздравленияна открытие клуба»РУССКАЯ ФУАГРА»

Кушай карпаччо, жуй фуагра!Русской победы настала пора!Это наш город, наша страна!Наши корейка и ветчина!Кушай омаров, рульку грызи!Больше не будешь ты рыться в грязи!Это наш город! Наш ресторан!Ты теперь сударь, а не баклан!Припев:Долго фастфуд мы жевали,Долго нас голод томил,Черные дни миновали,Час искупленья пробилПраздник на улицу нашу пришел,В дверь постучался и скромно вошел.Иго враждебное сбросивши с плеч,Тост мы поднимем за сбытие мечт!За руки взявшись, чтоб не пропасть,Скажем друг другу — «Жизнь — удалась!»Мы русские люди! Пора, брат, пора!Ждут нас омары и фуагра!

На этом с Фуагрой покончу и поведу речь о пряниках. Как , «русским почему-то НЕ ПОЛОЖЕНО ПРЯНИКОВ». «Это и по факту так, и даже обосновывается теоретически,– пишет он. – Пряник – это, оказывается, недостойная вещь. Русским не даются пряники НИ ЗА ЧТО НА СВЕТЕ, что бы они не делали. Ни материальных пряников, ни даже идеальных, риторических. «Ни за что не похвалят»…»

Почему? «А ответ простой, – говорит Крылов. – Он прописан в любом учебнике психологии. Потребность в похвале заложена в основаниях человеческой психики. Нет — даже в дочеловеческих её основах. Любое живое существо, способное к обучению, нуждается в похвале (как и в порицании). На этом всё построено: неправильное действие наказывается (хотя бы символически), правильное — обязательно вознаграждается (тоже хотя бы символически).

Что означает ситуация, когда человек получает только наказания, но не награды? Да то, что он ничего не делает правильно. Или даже так: если даже все действия его правильны, всё равно что-то очень фундаментальное в нём плохо, неверно. Иначе бы его похвалили. Если не хвалят — значит, он в чём-то очень сильно ВИНОВАТ.

Поскольку же отсутствие явного наказания не указывает на конкретную вину — да человек её за собой и не знает — он неизбежно приходит к выводу: он виноват уж тем, что он живёт. Что занимает место под солнцем, что ему «чего-то надо», что он вообще воздух ценный переводит.

Именно это чувство БЕСКОНЕЧНОЙ ИРРАЦИОНАЛЬНОЙ ВИНЫ в высшей степени присуще русским…»

Одним из последствий этого печального обстоятельства, замечает Крылов, является то, что все друг друга ненавидят. Эта ненависть всех ко всем приводит к дикой разобщённости русских, в результате чего они не могут ни о чём договориться. И это чрезвычайно выгодно разнообразному начальству.

Трудно не согласиться с Крыловым. Ведь и впрямь ненавидят, – даже за то, что сосед Фуагру ест да «по митингам шастает» и что-то там требует, «чего не положено» (это значит – высовывается, когда «»). Ну уж про «договориться» не упоминаю (о недоговороспособности самих националистов уже уймы строк написано, но за примерами и ходить далеко не надо – не русские ли «националисты» дружно присоединялись к хору поносителей вкусивших Фуагры?)

Однако предвижу «вопль мног» со стороны православно-монархической и «имперской» братии (к коей, между прочим, сам себя безраздельно отношу), уже изготовившейся в позы обличителей «дерьмократии» и рядящейся в тоги «антибуржуазности». Предвижу упреки и в измене ценностям «вечным и безусловным», и в измене «идеалам православия и монархии» ради «куска фуагры и осетрины».

Признаюсь, когда-то и я с высочайшим презрением, негодованием и дрожью в голосе обличительно обрушивался на «прогнивший Запад», «прозябающий в сытости и самодовольстве» и оттого «духовно мертвый». Насчет самодовольства и мертвости может и есть здесь резон, да «речь не о том». Речь вот о чем. 12 сентября прошлого года, в мой день рожденья, в Петербург нанес визит «мэтр русского национализма» Константин Крылов, где и выступил перед сообществом питерских националистов. Среди прочего, Крылов говорил и об этом, то бишь о голодном русском человеке, которого надо накормить, и накормить вкусно. Мне стало любопытно, и я в качестве корреспондента сайта РИД взял у Крылова большое , где, среди прочего, вопрошал следующее: «Чем для Вас все-таки является идеальное русское национальное государство? Именно русское, потому как будущее национальное государство русских вряд ли можно будет сравнить с национальным государством, например, Норвегии или Японии. Речь идет о том, что многие проекты РНГ рисуют нам такое, знаете ли, «буржуазное», сыто-самодовольное потребительское общество, что уже ассоциируется у людей со словом «широпаевщина». Это Широпаев призывает к «русской буржуазно-демократической революции» для выхода из «церковно-имперского небытия к торжеству свободы и разума» … Каким все-таки должно быть РНГ, построенное на своих национальных традициях, где народ не хочет перечеркивать свое прошлое и деградировать до леонтьевского «среднего европейца?»

Ответ Крылова возпроизведу почти полностью – настолько важно здесь каждое слово:

«Я, честно говоря, абсолютно не понимаю (скажу честнее – ненавижу) так называемую «антибуржуазную» риторику, демонстративное презрение к «сытости и самодовольству».

То есть я могу понять, почему зажравшиеся шведы или уставшие от собственного величия американцы могут испытывать подобные чувства. Но голодные, нищие, беспредельно униженные русские могут и должны хотеть этого, именно этого, прежде всего этого – СЫТОСТИ И САМОДОВОЛЬСТВА. Иными словами – МАТЕРИАЛЬНОЙ И МОРАЛЬНОЙ САМОДОСТАТОЧНОСТИ. Пока у нас этого нет – мы не сможем стать тем, чем мы должны быть, какими нас задумал Господь.

Безумная и гнусная идея ценности нищеты, унижения, самоограничения и самостеснения – это корень всех зол, который нужно вырвать из русской души, вырвать любой ценой. Пока русские не захотят – по-настоящему, всем сердцем и всей душой – изобилия и благополучия, они будут нищими, ничтожными, обираемыми всеми народами, и особенно – самыми наглыми и жоркими. У нас будут отнимать последнее, как отнимали всегда, и, глумясь, учить нас «ограничиваться» и «не быть потребителями». На самом деле мы до сих пор не научились ими быть – а это абсолютно необходимо, если мы хотим стать полноценными людьми.

И, прежде всего, потому, что только сытый и самодовольный человек способен быть человеком духовным, а не материальным, бескорыстно творить добро, а не ненавидеть ближних, давать, а не брать. Человек нищий и униженный на это, как правило, не способен.

Давайте сравним духовное состояние людей, живущих в «сыто-буржуазных» обществах, в достатке и уважении – и людей, всего этого лишённых.

В так называемых «буржуазных» обществах живут разные люди. Некоторые и в самом деле предаются демонстративному потреблению, но вообще-то они никому не мешают жить и даже потребляют не так уж много – относительно общего пирога. Основные же его едоки – это, как правило, славные люди, не злые и не завистливые. Они умеют считать деньги – но относятся к ним скорее как к средству, нежели как к цели. Зачастую они тратят немало сил и времени на бескорыстную помощь ближним (на том же Западе очень распространена благотворительность во всех видах, включая волонтёрство, то есть бесплатную работу на благо общества).

Сравните это с обществом всеобщего дефицита, недостачи, нищеты и «духовности» как оправдания всего этого. Я, например, немалую часть жизни прожил в СССР – то есть в обществе, максимально далёком от «сытости и самодовольства», где слово «мещанство» было ругательством, а борьба с «потребительством» велась на государственном уровне. Так вот – в этом самом обществе царил гнусный и жалкий материализм, безумный культ вещей и удовольствий. Если честно, люди были готовы на всё, чтобы получить то, что в свободном мире стоило гроши и не воспринималось как ценность. Я помню, как советская девушка из приличной семьи отдавалась за импортные колготки или маечку с наклейкой, ребёнок – ковыряться в плевке иностранца в надежде найти жвачку, академик коллекционировал пустые бутылки из-под импортного пойла, а его жена доносила на мужа, чтобы ей подписали путёвку «в капстрану». Советский человек, столь далёкий от презренного «потребительства», был дёшев и продавался по дешёвке. В конце концов именно советские начальники мелкого пошиба продали страну за жвачку и колготки.

И это было логично и справедливо. Нет ничего хуже нищеты, нет ничего омерзительнее унижения, любая «антибуржуазность» ведёт именно к нищете и унижению, и только БУРЖУАЗНАЯ СЫТОСТЬ И САМОДОВОЛЬСТВО, осознанные как непреходящие ценности, не только материальные, но и духовные – выводят человека на путь свободы и разума».

Я не зря упомянул Широпаева. Кто не вкурсе, этот человек (в прошлом, кстати, вполне православный монархист) в погоне за той самой сытостью и самодовольством впал в опасную крайность и заговорил о русских и России в унисон с Новодворской и иже с ней. И вот вопрос весьма и весьма тревожный – а как в эту крайность бы не впасть? Крылов говорит (и развивает это в интервью) о самоуважении прежде всего – как о способности не стать нищим (которая, как известно, «порок») и не взбеситься от обжорства и потребительства (в христианстве самоуважение и есть соблюдение образа и подобия Божия). По-моему, русский «менталитет» здесь не при чем. Видать, очень плохого мнения о русских (и, видать, о себе) те «духовные» и «советские» (в плохом смысле слов) люди, коли считают, что накормить русского человека – значит превратить его в «скота бессмысленого»…

Егор Холмогоров написал великолепную , в которой хорошо возражает на эту подлость (и возражает, точнее обличает, именно с позиций православных). «Чем плох дискурс про «не надо зажираться, сытно и вкусно кушающий человек свинеет, а голодающий и постящийся — морально выше»? Плох он прежде всего тем, что является неправдой», – пишет Холмогоров. И эту неправду, как мы видим, готова повторять и всевдоправославная братия (которую Крылов и именует «фофудьей»), а самое отвратительное в этой позиции («сытым быть вредно, лучше русским поголодать»), по словам Хомогорова, — это «порой сопровождающие ее псевдохристианские подсюсюкивания, не имеющие никаких обоснований ни в Ветхом, ни в Новом Завете».

Но, пожалуй, самое нелецеприятное, что эта неправда, которая озвучивается нередко самими русскими, играет на руку именно тем, кому выгодно держать русских в холоде и голоде. Холмогоров пишет, что ему «пришлось встретиться с мнением, что «националисты, говорящие о том, что государство должно обеспечить нации пропитание — суть либералы-гайдаристы, и что мысль о том, что людям надо есть и иногда желательно есть вкусно — ересь, враждебная едва ли не самому русскому духу». Дальше шло невероятное в своей инфернальной красоте рассуждение о вреде еды: «Когда человек начинает есть вкусное, он превращается в скота. История показала. Многие европейцы и американцы уже очень близки к состоянию скотов. Русским тяжелее, они максималисты, поэтому среди русских встречаются как самые аскетичные святые, так и самые развратные проститутки».

По сути, конечно, эта философия представляет собой довольно неумелое переложение на идеалистический язык философии самой коррумпированной и беззастенчивой части чиновничества, отвечающего на все претензии голодных пенсионеров, матерей, оставшихся без детсадов, рабочих, кинутых на зарплату: «Жрать захотели? Детсадов захотели? Отдохнуть захотели? НЕ ПОЛОЖЕНО!!! [Cами все сожрем, нам не хватает]». И вот рядом с оголодавшими озлобленными людьми вертится такой Табаки и орет: «Да-с! Да-с! Не положено-с! Ишь чего захотели! Либерализьмус! Каждому сто поклонов у старца-с!».

Для тех униженных и оскорбленных русских людей, которые голодают, но не могут предъявить за этот голод счет начальству, и «спасаются» в этой ситуации «постом и молитвой», Холмогоров поясняет (о чем говорил и Крылов): «Во-первых, голод и пост являются противоположными вещами. Постится может только тот, кто не голодает. Голодающий не может и не должен поститься … Пост — это добровольный выбор свободного и имеющего набитый холодильник человека».

«Любые рассуждения о том, что раз «не колбасой единой» жив русский человек, значит можно морить его голодом да еще и вменять этот голодомор в добродетель, – есть грех и мерзость перед Господом, Тем Самым Господом, Кто в дни своей земной жизни превратил воду в вино и умножил хлебы», – вот позиция православного монархиста, который солидарен здесь и с неправославным Крыловым и, пожалуй, с непонятно каким Широпаевым (который хоть и заблуждается, но искренно «ратует за народ»).

По поводу же православности, монархичности, демократичности и пр. повторю и еще раз повторю: СЕГОДНЯ и для ЕДИНСТВА нашего это НЕ ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЯ (я говорю о политическом аспекте их, а не духовном или идейно-мотивирующем). Потому что «единство в разнообразии», в «цветущей сложности», если хотите – в размежевании (в нужном смысле слова, о чем говорил Ленин – «чтобы объединиться нужно размежеваться»). Сегодня главное – это национал-. «Национал-адекватный» – вот платформа. Только наша (политических националистов) адекватность, компромиссность (гибкость) сейчас поможет русским. Все мировоззренческие оттенки – это историко-культурные и политико-идеологические ВКУСЫ и не более того («дело вкуса»). Когда речь идет о «покушать», о национальном выживании – при чем здесь идеи? Сначала мы должны научиться просто жить, то бишь «вкусно кушать», то бишь не хлебом единым, но хлебом с маслом, и с икрой (и с Фуагрой кому надобно). Непременно в масштабе нации. Русские политические националисты успокоются лишь тогда, когда каждому русскому станет возможно ежедневно уплетать толстый бутерброд с икрой, и он будет готов поднят на вилы любого, кто на этот бутерброд позарится.

«Мы знаем, в чем наше русское счастье. Это иметь свой дом, там, где был дом наших предков, сидеть на веранде и пить чай с медом. А кто придет к нам с марксизмом-ленинизмом или еще с чем, тому в морду!» – написал современный публицист Александр Самоваров. Добавлю – не токмо с марксизмом-ленинизмом, но и с либерализмом, и православным монархизмом (подразумевая выше сказанное).

Александр Жучковский, православный монархист

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика